Дневник кино
  

Германия - Португалия - США, 1982, 121 мин.

драма

Режиссер: Вим Вендерс

Продюсер: Крис Севернич

Сценаристы: Вим Вендерс, Роберт Крамер, Джош Уоллас

Операторы: Анри Алекан, Фред Мерфи, Мартин Шэфер

Композиторы: Джим Джармуш, Юрген Нипер, Аллен Гарфилд

В ролях: Патрик Бошо, Изабелла Вейнгартен, Ребекка Поли, Джеффри Кайм, Джеффри Кэри, Камилла Мор, Александра Одер, Сэмюэл Фуллер, Пол Гетти-младший, Вива, Артур Семедо, Франсиско Байао, Роберт Крэмер, Аллен Гарфилд, Роджер Корман, Гизела Гетти, Монти Бэйн, Джанет Расак, Джуди Мурадян

Положение вещей

Stand der Dinge, Der

Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10Оценка 8 из 10
Постеры

Алексей Дубинский
23 октября 2003

Положение вещей является, прежде всего, рефлексией Вима Вендерса, направленной на его многострадальный, вымученный и, в результате, не удавшийся американский проект фильма Хэметт. В том же 1982 году он имел неосторожность согласиться на предложение Копполы под его продюсерским началом снять историю художника, теряющегося среди инсталляций собственной фантазии. Что-то подобное, в общем, и получилось, но настрадаться от диктата американского коллеги ему пришлось немало. Так что, эта черно-белая лента, снятая как бы между делом, в перерыве между главными творениями, как раз повествует о том, что нет ничего хорошего, когда европейский постановщик, тем более создатель чисто авторского кино, едет работать в Голливуд. Как главная аналогия, знаменитые 8 1/2 Федерико Феллини не совсем подходят: они о внутренних муках творца, фильм Вендерса - о муках внешних. Скорее, ближе к Положение вещей годаровское Презрение, где американский продюсер пытается выжать блокбастер из самого Фритца Ланга, произнося сакральную фразу "Когда я слышу слово "культура", я хватаюсь за бумажник". У Вендерса Патрик Бошо играет режиссера со значимой фамилией Манро (это наверняка намек на Фридриха Мурнау, так же, как и Ланг, уехавшего работать из Германии в Америку), а непосредственный отсыл к Презрению состоится в момент, когда герой пройдется по голливудской Аллее славы мимо звезды Фритца Ланга. Не обошелся Вендерс и без настоящего режиссера в кадре, пригласив сыграть небольшую роль Сэмюэла Фуллера (который, как известно, также снялся у Годара в Безумном Пьеро).

Вообще, что чувствовал и переживал Вендерс, общаясь с Копполой, можно неплохо представить себе, глядя на финальные сцены фильма, когда Манро наконец встречается со своим американским заказчиком. Он пытается скормить ему свои теории кино, продюсер в этот же момент насвистывает какую-то мелодию. Ощущение полнейшего взаимонепонимания передано с точностью просто убийственной. И намекая на "мафиозную", грабительскую сущность итальянца Копполы, Вендерс намеренно повязывает своего продюсера с криминальным миром.

При всей рефлексии и язвительных комментариях, Положение вещей прежде всего удивительно красиво снято. Вендерс напоминает о медитативной сути своего кинематографа, и продолжительные статические планы, многочисленные панорамы городов, снятых в высоты птичьего полета, выдают в нем все того же пристального, слегка холодного (характер нордический) и несуетливого (несмотря на присутствующий здесь сиюминутный выброс эмоций) наблюдателя периода Алисы в городах и Американского друга. А кое-что из этой ленты затем эхом отзовется в Небе над Берлином (последнем на сегодняшний день значительном фильме Вендерса).

Словно позабыв, как он жестоко обошелся со своим героем, спустя двенадцать лет Вендерс воскресил его в фильме "Лисабонская история" (в этой роли опять Патрик Бошо). Поскольку Манро - альтер-эго режиссера, в обеих лентах имеет смысл прислушаться к его рассуждениям о природе кино. В Положении вещей он говорит, что сюжетом может являться и отсутствие сюжета, в Лисабонской истории пытается снимать, не контролируя камеру, просто спрятав ее в сумку (лишившись рук и глаз оператора, камера сама увидит истинный кусок реальности, не "отредактированной" человеком). Подобные теории дают неплохую возможность проследить за мыслительным потоком самого Вендерса и точнее понять природу его творческого метода.